Где водятся мошенники?

Почему их не находят среди тех, кто разграбил ставропольский колхоз и продолжает наживаться на государственной земле?

26.12.2017 в 12:31, просмотров: 7112

Не в первый раз обращаюсь к истории основателя Ассоциации организаций АПК «АгроСоюзЦентр» Андрея Кухаря. Сегодня доморощенных местных инвесторов, вкладывающих значительные средства в сельхозпроизводство и переработку в своём регионе, можно пересчитать по пальцам. Реанимировав ряд крупных предприятий на Ставрополье, Кухарь показал себя успешным бизнесменом. Но однажды попал в искусно поставленный капкан. В СПК «Россия» Арзгирского района, который слёзно попросил спасти бывший председатель колхоза, его ждали большие неприятности. Вложив сотни миллионов рублей в предприятие, доведённое бывшим руководителем до банкротства, Кухарь поставил перед собой цель вернуть землю, розданную за бесценок посредникам, которые через третьи руки сдавали её в аренду тому же колхозу. Но в итоге сам стал обвиняемым в мошенничестве.

Где водятся мошенники?

Месяц назад в статье под названием «Любым способом заключить под стражу» мы рассказывали, как имущественный спор между двумя хозяйствующими субъектами перешёл в плоскость уголовного разбирательства. При этом возникла угроза заключения предпринимателя под стражу со всеми вытекающими последствиями. Увы, чаще печальными. Ведь по статистике, собранной федеральным бизнес-омбудсменом Борисом Титовым, только каждый десятый подвергшийся уголовному преследованию предприниматель сохраняет свой бизнес на прежнем уровне.

Суд всё-таки изменил Андрею Кухарю меру пресечения с подписки о невыезде. Под стражу его не взяли, но назначили домашний арест с полной изоляцией от внешнего мира, запретив общаться даже со своими детьми. Которые, к слову, являются такими же собственниками квартиры, как и их отец. Изменение меры пресечения было основано на заявлении проходящего по делу в качестве обвиняемого Раджаба Гасанова, который вдруг «вспомнил», что почти год назад на очной ставке с Кухарем тот ему якобы угрожал. Правда, сведений об этом (понятное дело, что такая процедура проходит в присутствии следователя) в деле нет. Зато Гасанов в суде прямо заявил, что Кухарь его «банкротит», а на вопрос о том, известно ли ему об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, изрёк дословно: «Мне оно неизвестно».  

Нам «оно известно»

Честно говоря, я всегда думал, что мошенники – это те, кто обманом завладевают чужим имуществом. Вот, например, берут у администрации района земельные участки тысячами гектаров земли без аукциона от имени фермерских хозяйств, которым закон действительно предоставляет такое право. Но потом выясняется, что на этой земле фермеры не работают, а передают её в субаренду. Скажем, подставной фирме «Агро-Русь», работники которой тоже не от сохи: директор да бухгалтер. А эти «белые воротнички» ещё раз передают землю в субаренду. Ведь кто-то же должен, наконец, пахать, сеять и собирать урожай, процент от реализации которого пойдёт в их карман. Много лет таким конечным арендатором, реально работающим в поле, но платившим совершенно ни за что многочисленным посредникам десятки миллионов рублей, был СПК «Россия». Хотя как ни за что? За родство! Во главе всех «звеньев» цепи подставных предприятий – родственники бывшего председателя колхоза Александра Васильева. В итоге местному бюджету доставались сотни тысяч рублей в год за первоначальную аренду, а местным финансовым воротилам – в десятки раз больше.

Были в популярной детской песенке такие слова. «Где водятся волшебники? В фантазиях твоих. С кем водятся волшебники? А с тем, кто верит в них». Волшебства в этой истории много. Фантазии тоже. Каких только ущербных договоров, добивавших бюджет колхоза, не придумало бывшее руководство СПК «Россия», чтобы масса колхозного имущества перешла частным (читай – своим) лицам, а колхозное зерно десятками тысяч тонн уходило по заниженным ценам в предприятия, подконтрольные Васильеву. А те его просто перепродавали, делая прибыль из воздуха.

Я намеренно не сыплю в этой статье цифрами, мы уже не раз публиковали конкретные факты, заключения многочисленных ревизий. Опровергнуть их никто не берётся, ибо крыть нечем. Но, похоже, по большому счёту названная схема не интересует ни правоохранительные органы, ни чиновников краевого минсельхоза, которые предпочитают бодро рапортовать о высоких урожаях тружеников села, но от конфликтных ситуаций держаться подальше.

Резонно предположить, что всех всё устраивает, а это наводит на мысли о высоких покровителях Васильева. Ведь грабительская схема, обдиравшая колхозников и обогащавшая председателя и его близких, работала без сбоев долгие годы. И только когда наглость и жадность последних зашкалила настолько, что колхоз накрепко увяз в долгах, Васильев и компания, видимо, нашли единственный для них выход: привлечь сторонние инвестиции. А самого инвестора в конечном счёте подвести под удар.   

Честные аукционы не нужны?

Лучше было бы, наверное, сказать: суд разберётся. И не обсуждать подробности уголовного дела на страницах газеты. Однако сторона обвинения уже высказала свою позицию через одну из краевых газет. «Можно не сомневаться, что дело закончится обвинительным приговором», – представьте себе, дословно говорится в опубликованной статье. Что даёт возможность сделать такое смелое утверждение, домысливать не буду, но воспользуюсь  возможностью изложить иную точку зрения. В суде это называется принципом равноправия и состязательности сторон. А здесь назовём здравым смыслом.

Итак, с помощью аудиторов Андрей Кухарь узнал, что вложил и продолжает вкладывать значительные деньги в фактически разграбленное за спиной колхозников предприятие. Когда-то площадь обрабатывавшихся колхозом муниципальных сельскохозяйственных земель составляла 9500 гектаров. К лету 2014 года, когда инвестор пришёл в хозяйство, она сократились почти втрое: из общей площади осталось 3400 гектаров. На каких условиях колхоз возделывал эту землю, мы уже рассказали. Десятки миллионов рублей уходили посредникам, основным из которых была организация с дочерью Васильева во главе.

Кухарь также узнал, что прежде колхозными производственными бригадами владеет зять председателя, да и сам председатель с женой успели отхватить в личную собственность жирный кусок земли в 2000 гектаров. Список всех этих «волшебных» превращений государственного и колхозного имущества можно продолжать ещё долго. Естественно, что инвестор потребовал восстановить статус-кво, вернуть землю и имущество и заключить договоры на разумных условиях. Из колхоза-банкрота весь коллектив (и поначалу даже сам Васильев) перешёл в новое предприятие ООО АПК «Петропавловское». Именно оно стало правопреемником СПК «Россия».

Переходившая из рук в руки муниципальная земля, которую десятилетиями обрабатывал СПК «Россия», должна была вернуться администрации для проведения честного аукциона. АПК «Петропавловское» официально уведомило об этом районные власти, и те подали соответствующий иск в арбитражный суд. В государственных интересах, между прочим. А пока Кухарь потребовал, чтобы «Агро-Русь» заключило договор аренды с тем, кто фактически обрабатывал землю – с правопреемником колхоза, который на момент начала конфликта провёл полевые работы на 1100 гектарах, а 2300 гектаров оставил под пары. Потратив немалые средства на вспашку, обработку земель, засев сельхозкультурами, внесение удобрений и препаратов по защите растений. Договор аренды закончился, а невыгодные условия больше не устраивали инвестора. Но руководители «Агро-Руси» решили по-другому: уступили право на неоднократно переарендованную муниципальную землю другому предприятию – ООО «Парижская коммуна».

Это предприятие, в отличие от многочисленных посредников, хоть и не является бюджетообразующим для района, но действительно занимается растениеводством. Его директор Владимир Евсеев заявил, что землю «Парижская коммуна» получила безвозмездно. Можно додумывать всё что угодно, но таковы его официальные показания. Но зачем предприятию брать в обработку проблемные участки? Видимо, была изначальная уверенность, что все претензии удастся «отбить».

Ни логики, ни денег

По версии обвинения, Андрей Кухарь познакомился в 2015 году с Ибадуллой Гурбановым. Тот, в свою очередь, представлял интересы бизнесмена Андрея Кулакова, которому принадлежит предприятие «Парижская коммуна». Во всяком случае, именно он признан сегодня судом потерпевшим, а точнее, ООО «Парижская коммуна» в его лице. Гурбанов якобы узнал из «неустановленных источников», что в отношении подконтрольных Кулакову предприятий проводятся проверки Главного управления МВД по СКФО. И предложил Кухарю сообщить Кулакову, что проверку организовал Кухарь. Но если «Парижская коммуна» безвозмездно передаст участки АПК «Петропавловское», проверки прекратятся.

Вот, собственно, и вся суть обвинения. В деле фигурируют ещё несколько человек, которые считаются соучастниками. Все вместе, по версии обвинения, уговаривали Кулакова передать спорные участки из-за страха перед проверками.

Несколько интересных фактов. Гурбанов опрошен (даже не допрошен) лишь однажды. По его словам, он узнал о проверках от Кулакова, который сам решил, что за действиями стоит Кухарь и послал его в качестве парламентёра «уладить» этот вопрос. Как бы то ни было на самом деле, но Гурбанов представлял интересы Кулакова и приехал к Кухарю от него. Он ранее был судим за то, что шантажировал людей компрометирующими сведениями, вымогая деньги за их нераспространение. После возбуждения уголовного дела он исчез, будучи кем-то заблаговременно предупреждён об опасности. Предварительно взял у Кухаря под расписку 12 миллионов рублей. Такой вот персонаж стоит у руля «плана».

А теперь вопросы. По версии обвинения, Кухарь обещал Гурбанову заплатить за его услуги 25 миллионов рублей, из которых реально успел передать половину этой суммы. Зачем платить деньги, если не в качестве компенсации за участки? Тем более что в расписке Гурбанова прямо говорится, что деньги он получил за возврат земельных участков. Зачем пугать проверками, требовать передать землю бесплатно и при этом платить такие большие деньги?

Почему добропорядочный бизнесмен Андрей Кулаков вдруг испугался обычных проверок сотрудников полиции? С чего вдруг поверил, что такой внушительной структурой, как северокавказский полицейский главк, может управлять предприниматель?

И это ещё не все вопросы. Но зададим, пожалуй, главный из них. В обвинительном заключении сказано: если бы преступный умысел был доведён до конца, предприятию «Парижская коммуна» был бы причинён материальный ущерб на сумму 20,6 миллиона рублей. Именно столько, по мнению привлечённого специалиста, составляет рыночная стоимость права на заключение договора аренды спорных земельных участков. Но какой вообще может быть ущерб у организации, без всяких затрат вставшей в очередь посредников на, увы, дармовую для него муниципальную землю?

И последнее. Если сегодня за этот участок земли бюджет имеет всего 900 тысяч рублей, всё ли в порядке у нас с арифметикой и желанием навести порядок в сфере землепользования? Не верю, что подобный случай единичный. Очень уж удобная схема для набивания карманов. Тогда до каких пор мы будем жаловаться на бюджетные дыры, но при этом позволять безнаказанно перепродавать народную землю?

Там ли мы ищем мошенников?