Вероника Джиоева: «Мой голос считают итальянским»

Жизнь на сцене

06.11.2013 в 10:40, просмотров: 3969

Звезды бывают разные. Одни ярко светят, гордо взирая свысока на окружающих. Другие – не менее яркие, но свет их излучает тепло и согревает даже на расстоянии, даря покой и умиротворение. Именно такой – яркой, искрящейся, но при этом на удивление теплой и контактной оказалась в общении звезда мирового уровня, оперная певица, выступающая на лучших сценах планеты, Вероника Джиоева. 

Вероника Джиоева: «Мой голос считают итальянским»
- Люблю все красивое.

– Вероника, как начинался ваш путь на большую сцену? Какими были первые шаги в мире оперного искусства? И кем вы мечтали стать в детстве?

– Папа с детства прививал мне любовь к музыке и хотел, чтобы я занималась ею серьезно. Вообще у нас музыкальная семья: у папы потрясающий голос, у сестры Инги тоже превосходные вокальные данные. Мы с ней выигрывали всевозможные конкурсы, можно сказать, что в детстве у нас с сестрой был сложившийся дуэт! Что касается детской мечты, то, будучи ребенком, я хотела стать… певицей! Хотя мой первый сольный концерт прошел в качестве танцовщицы национальных танцев, когда мне было 13 лет.

После окончания школы год училась в Цхинвальском музыкальном училище, потом продолжила учебу во Владикавказском училище искусств им. В. Гергиева у своего любимого педагога Нелли Хестановой. Именно под ее руководством начались серьезные занятия вокалом. Помню, перед вступительными экзаменами в Санкт-Петербургскую консерваторию я потеряла голос, просто сипела. Представьте себе: наступило время петь туры, а голоса нет. И тогда Нелли Ильинична, которая все это время работала над тем, чтобы вернуть голос, в сердцах воскликнула, ударив по роялю: «Выйди, порви связки, но спой! Я оставила больную мать и приехала с тобой не для того, чтобы ты не поступила!». Мне кажется, так хорошо я не пела никогда! (смеется). И мы поступили! К слову сказать, конкурс был невероятно большой – 500 человек на место. Было нереально сложно, но я с этим справилась.

В Санкт-Петербургской консерватории училась у профессора Тамары Новиченко, ученики которой поют по всему миру. Она – человек и педагог с большой буквы. Я всегда о ней помню и очень благодарна за ее трепетное отношение ко мне.

Мой путь на большую сцену начинался в Новосибирском оперном театре, где я дебютировала в партии Мими (опера Пуччини «Богема», – авт.).

С 2010 года я солистка Большого театра, на сцене которого дебютировала также в партии Мими. В Мариинском театре впервые выступила в партии Травиаты (опера Верди «Травиата», – авт.).

Во время учебы в консерватории принимала участие во всероссийских и международных конкурсах, становилась дипломантом, лауреатом. В их числе – конкурс Марии Каллас. Там же, в консерватории, я спела свою первую роль в опере «Богема» – партию Мими. Дирижировал молодой, талантливый дирижер, а ныне мой супруг Алим Шахмаметьев (А. Шахмаметьев – главный дирижер Камерного оркестра Новосибирской филармонии, художественный руководитель Большого симфонического оркестра Театра оперы и балета Санкт-Петербургской государственной консерватории, – авт.).

– Можете рассказать, как развивались ваши отношения и каково это – и в жизни, и на сцене быть вместе?

– Как я уже сказала, познакомились мы практически на сцене. Позже Алим признался, что когда услышал мой голос, сразу влюбился в него. Я же тогда во время репетиций думала: такой молодой и уже столько знает и умеет! Вот так и начались наши отношения. Надо сказать, что Алим очень красиво ухаживал за мной! Вообще, думаю, это прекрасно, когда жена поет, а муж дирижирует!

– У вас насыщенный гастрольный график, вы солистка Новосибирского, Мариинского и Большого театров, много выступаете за границей… Что придает сил и дает возможность всегда прекрасно выглядеть и излучать позитив?

– График мой, действительно, очень насыщен, чему я безгранична рада. Ведь без сцены для меня нет жизни! Сил придают мысли о следующих проектах, ведь нельзя расслабляться, все время расписано, поэтому приходится постоянно находиться в творческом тонусе. Огромное значение имеет для меня благополучие моих близких, когда у них все прекрасно – счастлива и я. Не последнюю роль играет и любовь моих слушателей. Меня знают, ждут, любят… Не это ли счастье!

– Произведения каких композиторов вам ближе по духу и почему?

– Я очень люблю стиль бельканто. Была бы моя воля, пела бы исключительно Беллини, Доницетти, музыку непревзойденного Моцарта… Хотя как обойтись без Верди, Пуччини, Чайковского! Можно сказать, что я люблю музыку всех композиторов и все партии, которые пою.

– Часто ли удается побывать на родине? Какие ощущения от Цхинвала сегодня?

– К сожалению, такая возможность выпадает не часто. В последнее время, как мне кажется, Цхинвал значительно преобразился. Но очень хочется, чтобы люди были добрее друг к другу, по моим ощущениям, народу не хватает любви, доброты, понимания… Меня порадовала встреча и беседа с президентом Южной Осетии. Леонид Харитонович Тибилов – мудрый человек и интересный собеседник. А во Владикавказе мне удалось встретиться с председателем правительства Северной Осетии Сергеем Такоевым, с которым была знакома лишь заочно. И надо отметить, мы сразу нашли общий язык. Приятно бывает, когда к музыкантам относятся с пониманием. Ведь они несут миру добро.

– Каковы ваши ближайшие творческие планы? И какое место в них занимает Осетия?

– Осетия всегда в моем сердце, ведь там пока мой сын Рома, сестра Инга, мои племянницы, вся родня! Что касается творческих планов, в этом году предстоят выступления с лучшими оркестрами и дирижерами мира – Марисом Янсонсом, Валерием Гергиевым, Михаилом Плетневым. Постановка «Дона Карлоса» в Большом театре. «Травиата», «Князь Игорь» – Гамбург, Амстердам, Стокгольм, Париж… Также в планах сольный концерт в Москве 15 марта. Ну и конечно, хочется спеть сольный концерт во Владикавказе и в Цхинвале.

Есть планы организовать в Цхинвале фестиваль оперного искусства, приглашать лучших музыкантов и исполнителей, чтобы они выступали и делились своим мастерством. У нас очень много талантливых детей и для них необходимо создавать условия, чтобы они могли развиваться и совершенствоваться в искусстве.

– Вероника, про ваш голос говорят, что он «итальянского качества». Что это значит?

– Мой голос считают итальянским, значит, мне надо петь итальянскую музыку (смеется). Но мой голос не менее красиво раскрывается и во французской музыке. Французская мелодия – чувственная, тонкая, и там надо пользоваться другими красками голоса. Когда пела в Палермо, меня спрашивали, где именно в Италии я училсь? Я не училась в Италии, но никогда не буду петь Доницетти тем же тоном, что Чайковского. Не все певцы это чувствуют, есть вещи, которым все же не научишь, с ними рождаются.

– Что является решающим в карьере оперного певца – талант, трудолюбие, финансовые вливания, грамотный импресарио? А может быть, и вовсе фортуна?

– Лично для меня решающими факторами являются талант и трудолюбие. Хотя надо отметить, что недавно у меня появился импресарио. К сожалению, уже и в нашей профессии можно совершить финансовые вливания и из средне поющего человека сделать солиста театра или, так называемую звезду. За деньги стало многое возможно, и это, конечно, печально. В фортуну я не очень верю. Как показал мой личный опыт, только вера в себя, стремление и труд могут дать достойный результат.

– В вашем послужном списке множество наград и званий. Какая из них для вас особенная, после получения которой вы воскликнули «Победа!»? И что означает это слово для вас лично?

– У меня много престижных наград, в том числе европейских, но восклицать: «Победа!» еще рановато. Мы – вокалисты – пока поем, непрестанно совершенствуемся, не останавливаемся на достигнутом результате. Поэтому каждый удачный спектакль – это для меня своеобразная победа, пусть и маленькая. А много маленьких побед – значит скоро будет та Самая, большая! (смеется).

– Есть ли у вас какое-то хобби? Вообще, какая Вероника Джиоева вне сцены? Какая она дома, в кругу семьи?

– Хобби у меня, как и у большинства женщин. Люблю все красивое. Обожаю шоппинг, ароматы, драгоценности… Мне доставляет удовольствие делать приятные сюрпризы родным. Очень люблю свою семью, мои родители живут в Германии, но во время моего отсутствия они присматривают за моей доченькой Адрианой. И какое же это счастье – прилетать и видеть всех дома! Не передать словами!

Что касается второй части вопроса, вне сцены я – такая же, как и все люди: веселая, грустная, любящая, капризная, вредная… Разная, одним словом!

– Различные оперные постановки обязывают «перевоплощаться» в героинь различных эпох. Какое историческое время вам наиболее близко по духу?

– Люблю участвовать в классических постановках. Ведь когда на тебе настоящий костюм той или иной эпохи, то и поется по-другому! К сожалению, современные постановки не часто радуют. Нынче время режиссеров, которые не разбираются в голосах и не хотят видеть в артисте личность! Я бы не стала участвовать в постановке, в которой все выходит за грани дозволенного.

– Принцип жизни, который никогда не нарушите? Чего никогда не простите?

– Никогда не простила бы предательства. Не только в любви, а вообще – в принципе.

– Есть страх в жизни? Какой?

– Страха как такового нет, но очень боюсь потерять кого-то из любимых людей. Боюсь за своих родных, хочу, чтобы они всегда были здоровы. Только бы никогда не видеть их страдания!

– Что вам необходимо для счастья?

– Наверное, ответ на этот вопрос перекликается с предыдущим. Для счастья мне нужно видеть, чувствовать тех, кого я люблю. Знать, что они счастливы и здоровы. Возможно, кому-то это покажется банальным… Нет, правда! Только здоровья! Чтобы я была счастлива, я должна знать, что у моих близких, любимых людей все хорошо. Только так я могу двигаться дальше, только в этом случае буду петь долго и голос мой будет звучать.

– Поете ли вы дома? К примеру, колыбельную для Адрианы?

– Дома я распеваюсь, пою, слушаю оперы. Для доченьки своей тоже пою, но она почему-то пока плачет (смеется). Либо мое пение ее так трогает, либо оно ей ну совсем не нравится!